Действие разворачивается в 2117 году, за два года до событий основного сериала. Сибил, система абсолютной оценки личности, уже контролирует общество, но её алгоритмы дают сбои. В Токио происходит серия жестоких убийств, которые не вписываются в стандартную статистику преступлений. Жертвы — бывшие сотрудники некой корпорации, а улики указывают на то, что убийца действует с почти математической точностью, не оставляя следов для сканеров. Дело поручают Инспектору Мика Симоцуки, молодой и принципиальной сотруднице Бюро общественной безопасности, которая только начинает свой путь. В напарники ей дают Энндза, Исполнителя с высоким, но нестабильным Коэффициентом Преступности, чьё прошлое окутано тайной. Вместе они выходят на след загадочного преступника, которого прозвали Первым блюстителем. Выясняется, что убийца — не просто маньяк, а человек, который использует уязвимости в самой структуре Сибил, превращая систему правосудия в орудие личной мести.
Расследование заводит Симоцуки и Энндза в тёмные закоулки токийского андеграунда, где процветает торговля запрещёнными психологическими стимуляторами и подпольными операциями по изменению психического профиля. Первый блюститель оказывается бывшим судьёй, который после трагической гибели семьи потерял веру в Сибил. Он не просто убивает — он проводит собственные «суды», доказывая, что система ошибается, классифицируя людей как потенциально опасных или безопасных. Его жертвы — те, кто, по его мнению, избежал правосудия благодаря несовершенству алгоритмов. Симоцуки сталкивается с моральной дилеммой: с одной стороны, она обязана защищать закон, с другой — аргументы преступника заставляют её сомневаться в абсолютной справедливости Сибил. Энндз, чьё прошлое связано с этим судьёй, вынужден противостоять собственным демонам. Финал раскрывает, что Первый блюститель — лишь пешка в более крупной игре, а его действия — часть плана по дискредитации системы изнутри. Симоцуки приходится сделать выбор, который определит не только судьбу дела, но и её собственное будущее в мире, где человеческая воля подчинена машине.
